Останется ли Пермь «миллионером»?

Колонка
Как столица Прикамья стала городом с миллионным населением, но мало что от этого получила

Сорок с лишним лет назад, 20 мая 1979 года, средства массовой информации столицы Прикамья ликовали: телевидение, и газеты не без пафоса рассказывали о рождении миллионного жителя города. В те времена это была не просто «строка в газете». В условиях советского, строго централизованного распределения бюджетных средств мегаполисы-«миллионеры» могли рассчитывать на серьезные дополнительные вливания государственных денег – в том числе на строительство жилья, благоустройство, развитие транспортной системы. Например, в каждом городе с населением более миллиона человек намечалось построить метрополитен. Другое дело, что «пряников» это элементарно не хватало на всех. Ведь только за 16 лет, с 1962-го по 1978-й, за миллионную черту перевалило население аж целых шести городов – Горького и Новосибирска, Самары и Свердловска, Челябинска и Омска.

Это было то время, когда в больших промышленных центрах еще строились новые и расширялись крупные промышленные предприятия, и «городская жизнь» манила сельских жителей. Мегаполисы «вытягивали» население из деревни, а безработицы, как явления сугубо буржуазного, как известно, в Советском Союзе не было.

Тигр, но — карликовый?

Однако конкуренции своим соседям в плане благоустройства и развития транспорта Пермь составить так и не смогла. Причины были разные – в том числе политические (если под «политикой» понимать соотношение сил в советской партийной элите). Еще в 1980-е, когда никто даже подозревать не мог о грядущей ошеломительной карьере первого секретаря Свердловского обкома КПСС, в кругах пермской интеллигенции поговаривали, что «судя по всему, строительство метро в Свердловске – это заслуга Бориса Ельцина, который все-таки сумел отстоять проект в Москве». Так оно на самом деле и было. А в пермских газетах в те времена встречались публикации о том, что построить метро в столице Прикамья – дескать, и сложно и дорого из-за якобы неблагоприятной геологии и даже «остатков» шахт, когда-то устроенных еще обитателями Егошихинских заводов в XVIII веке… Правда, изыскания 1980-х годов показали, что строить в Перми метро волне можно, и не дороже, чем в других городах. Но потом грянули перестройка и кризис 1990-х, поэтому вопрос отпал сам собой. А в соседнем Екатеринбурге метро благополучно пустили в 1991 году – это была последняя, 13-я по счету система метрополитена, открытая в СССР

Но вернемся в Пермь. В 1970-80-е годы здесь продолжало расти население – правда, во все большей степени за счет приезжих из сел Прикамья, а также из других регионов страны. Но этот рост постепенно сокращался: если в послевоенный период город ежегодно «прирастал» на 25-30  тыс. жителей, то в 70-е  годы – на  15-19  тыс., в 80-е – на 6-10 тыс. человек. К 1988 году в  Перми проживало более трети населения области.

Без руля и без ветрил

Высокая концентрация жителей в городской агломерации уже тогда создавала массу проблем, например, с тем же транспортом, резко обострялся дефицит жилья.

«Среди 29 крупнейших городов страны (столиц союзных республик и городов с населением свыше 1 млн. человек) Пермь занимает третье место после Москвы и Киева по площади (720 квадратных километров), но последнее – по плотности населения, – сетовали авторы сборника «Пермская область» (1988 год). – При этом по целому ряду важных показателей Пермь отстает от других крупнейших городов. На 1 км трамвайных и троллейбусных линий в Перми приходится значительно больше пассажиров, чем в Свердловске, Челябинске, Риге. Выше в Перми и нагрузка на один трамвай и троллейбус. Два промышленных района Перми – Орджоникидзевский и Кировский – полностью лишены городского электротранспорта. Недостаточно развит пригородный транспорт.  За последние 20 лет число пригородных электропоездов не увеличивалось, а в отдельные годы сокращалось. Автобусное сообщение с рядом пригородов затрудняется из-за слабого развития сети автодорог с твердым покрытием, отсутствием мостов. Не случайно затраты времени на поездки жителей пригородов на работу в Пермь самые высокие в стране – свыше 80  минут в один конец с учетом ожидания транспорта и пересадок. В городе и пригороде понижена, по сравнению с другими городами страны, транспортная подвижность населения. Например, в Новосибирске она выше в 1,5 раза, в Риге – в 2 раза».

Не правда ли, во многом до боли это напоминает сегодняшние пермские реалии – равно как и низкая обеспеченность поликлиниками и больницами, школами, детскими садами? Неудивительно, что на фоне грянувшего кризиса 1990-х, население Перми с «рекордной» отметки в 1 млн. 100 тыс. человек в 1991 году сократилось до 994 тыс. 600 человек в 2004-м, когда столица Прикамья перестала быть городом-«миллионером». Правда, статус-кво был восстановлен в 2011-м, но, в основном, не за счет естественного прироста, а увеличения миграционного сальдо. Причем здесь надо учитывать одну «хитрость»: увеличение миграционного потока связано с тем, что, начиная с 1 января 2011 года, Росстатом изменена методика статистического учёта мигрантов. В число жителей страны стали включать лиц, временно зарегистрированных на срок от 9 месяцев и более. То есть, число мигрантов приросло, по сути, «росчерком пера».

На «тоненького»

По данным на 1 января 2021 года, численность жителей Перми составляет немногим более 1 млн. 49 тыс. человек (2020 – 1 млн. 55 тыс. человек). Когда-то почетное звание города-«миллионера» балансирует у черты, которая определяется, главным образом, миграционным потоком. Правда, есть верный «рецепт» для закрепления этого статуса – присоединить к Перми какой-нибудь город -путник, например, Краснокамск (ведь присоединили с той же целью когда-то поселок Новые Ляды). Помнится, с этой идеей еще несколько назад лет носился пермский губернатор Виктор Басаргин. Но тогда из этой затеи ничего не вышло, да и сами краснокамцы особого энтузиазма не проявили.

Стоит ли сегодня пермякам повторять, как мантру, фразу «Дай миллион»? Сейчас сам по себе статус мегаполиса-«миллионера», в отличие от советского времени, почти ничего не дает, кроме политического «веса» для глав региона и города. Метро в Перми, – во всяком случае, «настоящее», подземное, – а не какой-нибудь скоростной трамвай, уже точно никто и никогда не построит. А получить из федерального бюджета дополнительные средства на починку дорог и в меру ограниченное благоустройство можно и «просто так», например, по случаю грядущего юбилея столицы Прикамья: для этого миллион жителей точно уже не нужен.

По нисходящей

Однако, если говорить о демографии в нашем крае в целом, то поводы для беспокойства есть, и очень серьезные.

Как ни парадоксально это звучит, сегодня население Пермского края на 400 тыс. человек меньше… чем в далёком 1959 году. На пике «десятилетия Хрущёва» в городах и весях Западного Урала проживали более 2 млн. 992 тыс. человек. А по сведениям статистики, на 1 января 2021 года численность жителей богатого и обширного уральского региона составила немногим свыше 2 млн. 579 тыс. человек.

Несмотря на опустошение деревень, в целом во второй половине прошлого века население Прикамья продолжало расти. Селяне из «укрупненных» и ликвидированных колхозов перебирались в города, где для них находилась работа, в основном, на промышленных предприятиях. Росла и рождаемость. В
результате, несмотря на торжество «развитого застоя» и первые неудачи горбачёвской «перестройки, в 1989 году численность жителей региона достигла исторического максимума – 3 млн. 99 тыс. 994 человек.

С тех пор, за исключением отдельных незначительных «скачков», население Пермского края, год от года, неуклонно снижается. Одна из главных причин – заметное превышение смертности над рождаемостью. Начиная с 2020 года, среди чиновников, в том числе от медицины, кажется, стало «модным» валить едва ли не все беды на эпидемию COVID-19. Конечно, коронавирус усугубил неблагополучие демографической ситуации. Однако, уже задолго до пандемии, общие тенденции были плачевными. В 2019 году, когда о новоявленной болезни даже не думали, естественная убыль населения составила 12 тысяч человек, равномерная убыль идет во всех возрастных группах. Основная смертность, более 80%, вызвана неинфекционными заболеваниями – это инфаркты и инсульты, онкология и хронические заболевания
легких. Параллельно продолжает стремительно падать рождаемость. В 2019 году родилось более 26 тысяч младенцев, почти на 10% меньше, чем в 2018 году. В 2020 году в Прикамье появились на свет 25 тыс. 460 малышей (минус 4,3% по сравнению с предыдущим годом).

Следует отметить, что каждый год тысячи наших земляков переезжают навсегда в другие регионы. А прибывают в Пермский край преимущественно мигранты из стран СНГ, причём большинство из них не планируют здесь жить постоянно, а намерены какое-то время работать или учиться.

Всё это говорит о крайней недостаточности мер по «укреплению» медицины и системы образования, поддержке семей с детьми и борьбе с бедностью в Прикамье, о которых так любят докладывать с высоких трибун краевые чиновники. Если ситуация останется без существенных изменений, то вскоре численность населения Пермского края рискует «откатиться» к очередному историческому рубежу и дойти, например, до 2 млн. человек, как в 1939-м.

Ну, а далее – боязно подумать… Как говорится, откат в глубь веков может оказаться быстрым и страшным.

Оцените статью
( 3 оценки, среднее 5 из 5 )
СОЛЕВАР
Яндекс.Метрика